Азимов был обескуражен таким внезапным переходом к делу.

– Надо же, как быстро распространяются новости! Не об этом отеле, мисс… мисс..

– Восковек.

– В общем не об отеле. Предложенный заголовок – "Убийство в Эй-Би-Эй". Мои издатели попросили меня написать такой детектив.

– Но съезд Эй-Би-Эй происходит в этом отеле. Насколько реалистически вы собираетесь воспроизвести обстановку?

– Это как потребуется, – заявил Азимов, внезапно став писателем. – Весь смысл в том, чтобы использовать местный колорит.

– Тем не менее, – сказала она, – не обязательно упоминать название отеля.

– Может быть и нет, – согласился Азимов.

Тут я перегнулся через стол в ее сторону и сказал:

– Вот что, сестренка. Этот человек собирается написать книгу. Вас не касается, о чем он будет писать. Если после ее опубликования вы сочтете, что лично вам нанесен ущерб или оклеветан отель, вы сможете возбудить дело. До тех пор вы не имеете права вмешиваться, и такая попытка заранее ставить условия отвратительна. Не лучше ли вам уйти и заняться своими связями с прессой, к которым у вас, видимо, нет призвания.

Она посмотрела на меня так, будто изучала какой-то образчик неведомого вида, который совсем ее не интересует. Она смотрела на меня достаточно долго, неторопливо, совершенно спокойно и затем проговорила без всякого выражения на лице:

– Вам, наверное, редко удается встретить человека ниже вас ростом, которому вы могли бы продемонстрировать свою воображаемую мужественность.

– Ого-го! – воскликнул Азимов.

У меня перехватило дыхание. Конечно, дело не в том, что она сказала – на своем веку я постоянно слышал такие шуточки. Дело в полной неожиданности и неуместности ее выпада. Когда я обрел дар речи, я сказал, заикаясь:

– Мадам, ваши дюймы и м-мои..

Но она прервала меня:

– Я переговорю с вами, д-р Азимов, в более подходящее время.

После чего повернулась и неторопливо ушла.